Ясное разоблачение агрессивных действий своего правительства в отношении других народов – задача любой организации, считающей себя революционной. На этом оселке проверяется любая организация. С российской интервенцией в Сирии, как и в Украине, большинство российских левых либо слились с Путиным в патриотическом экстазе, либо, даже не выражая поддержки агрессии, не заявляют четкой позиции против нее.

В этой ситуации мы можем только поприветствовать позицию товарищей «Рабочей платформы» против российской интервенции в Сирии, опубликованную на их сайте под названием «Новая военная авантюра (об участии России в сирийском конфликте)». Но вместе с этим мы полагаем, что из-за неверного анализа процесса в Сирии, который дает «Рабочая платформа», и из-за ошибочного взгляда на место политики вообще критика товарищами российской интервенции в Сирии оказывается не только недостаточной, но даже во многом обесценивает первоначальный позитивный посыл против этой путинской агрессии. И поэтому мы хотели бы вступить с товарищами в дискуссию.

В своем материале «Рабочая Платформа» пишет:

«Внешняя интервенция и тем более массированные бомбардировки не могут устранить проблем, лежащих в основе сирийского противостояния. Алавиты и другие национальные и религиозные меньшинства останутся зависимы от режима Асада, по-прежнему рассматривая его поддержку в качестве «вопроса выживания». Арабы-сунниты будут справедливо видеть в миротворческих бомбежках действия чужаков и завоевателей, и если они до сих пор не поддерживали ИГИЛ, у них появится повод для этого. Наконец, расширение коалиции и усиление интервенции будут означать неизбежное подавление курдской автономии. Силы YPG постараются использовать в качестве временного союзника против ИГИЛ, но их самостоятельное, независимое движение не нужно ни Асаду и Ирану, ни США, ни России, ни Турции, ни Саудовской Аравии».

Иными словами, основой войны в Сирии товарищи видят  религиозно-этнический конфликт. Мы думаем, что товарищи ошибаются, упуская из виду что-то очень важное: сирийскую революцию против диктатуры Ассада, ставшую одним из звеньев арабской революции, прокатившейся по региону. Разумеется, различные националистические и религиозные организации с тем или иным успехом пытаются перенаправлять недовольство людей бедностью и диктатурой на те или иные национальности или вероисповедания. Но даже рассмотрение динамики арабского революционного процесса: революции в Тунисе, Египте и Ливии; первые демонстрации в Сирии; их жестокое подавление режимом, спровоцировавшее восстание в национальном масштабе под лозунгом свержения диктатуры Ассада; раскол официальной армии и переход ее части на сторону восставшего народа; основное противостояние повстанцев против диктатуры – все это не оставляет никакой возможности трактовать войну в Сирии как религиозно-этнический конфликт.

Невидение того, что в Сирии идет революция, приводит «Рабочую платформу» к неверной оценке главной причины российского вторжения в страну. «Рабочая платформа» пишет:

«Но, в то же время, есть все основания полагать, что истинные цели участия российских ВС в конфликте иные. А именно,

  1. Усиление влияния российского режима на Ближнем Востоке; оказание давления на Саудовскую Аравию и другие страны Персидского залива, с целью добиться повышения цен на нефть.
  2. Желание достичь относительной нормализации отношений со странами Запада, уступок в украинском конфликте и если не полной отмены, то хотя бы существенного смягчения антироссийских санкций.
  3. Усиление поддержки со стороны патриотической части нашего общества, жаждущей дальнейших побед «нашего оружия», отвлечение российских трудящихся от усугубляющихся внутренних проблем».

Здесь перечислены всевозможные мотивы российского вторжения в Сирию, кроме самого главного – подавления революции и спасения диктатуры Ассада.

«Рабочая платформа» пытается разоблачать пропаганду российской власти, прикрывающую интервенцию:

«Российские власти и транслирующие их позицию СМИ пытаются внушить нам, будто целью участия России в сирийском конфликте является борьба с ИГИЛ».

На самом деле, российский МИД говорит другое. Официально заявляемая путинским режимом цель – борьба не с ИГИЛ, а с «террористами», в число которых включены революционные борцы против диктатуры Ассада. И именно против них в Алеппо, а не против ИГИЛ в Пальмире с самого начала интервенции направлены основные удары российской и ассадовской армий. Этот момент уходит из поля зрения товарищей. В связи с этим оказывается, что разоблачение «Рабочей платформой» пропаганды российских властей, покрывающего интервенцию, в реальности, из-за невидения революции и подлинных контрреволюционных целей интервенции, затрагивают лишь часть этого путинского дискурса и оставляют нетронутым его ядро.

Выход из ситуации, предлагаемый «Рабочей платформой», тоже соответствует тому, что революция в стране осталась незамеченной:

«Действительное разрешение конфликта можно найти только путём консолидации и совместных действий самих сирийских трудящихся».

Хочется задать товарищам вопрос: действий в каком направлении, против кого и чего? По нашему мнению, первая стоящая перед сирийскими трудящимися задача – свержение кровавой диктатуры Ассада. Не сказав этого (а «Рабочая платформа» не выдвигает такой политической задачи), фраза товарищей, в лучшем случае, не говорит ничего, а в худшем случае означает политический нейтралитет, что равнозначно отказу в поддержке революции против Ассада, то есть карт-бланш последнему на подавление сирийского народа.

«Рабочая платформа» критикует путинскую интервенцию в Сирии, но делает это в очень специфической и непоследовательной манере:

«История не знала еще примеров, когда бы военная интервенция подобного рода способствовала улучшению положения местных трудящихся».

Трудно, конечно, не согласиться с тем, что путинские бомбы, падающие на головы восставших сирийских трудящихся, не улучшают их положения. Но все-таки подобные заявления сродни откровениям «мудреца», комментирующего расстрел словами, что пуля в голове ума не прибавит. Это происходит из-за невидения прямой контрреволюционной роли путинской интервенции.

«Рабочая платформа» продолжает:

 «Военная операция в Сирии неизбежно потребует новых бюджетных вливаний. Фактически, правительство предлагает выбросить деньги на ветер своих геополитических амбиций. В то самое время, когда образование, медицина и вообще социальная сфера находятся на грани коллапса, когда промышленность стагнирует, а предприятия закрываются. И даже если самые радужные мечты властей воплотятся в реальность, и российское вмешательство приведет к росту цен на нефть, отмене санкций и улучшению экономической ситуации, все равно никто не компенсирует нам то, что мы уже потеряли благодаря росту цен и сокращениям бюджета».

Этот подход нам кажется совсем ошибочным.

Мы считаем, что задачей революционной организации в России является разъяснение контрреволюционного характера войны Путина в Сирии, которая направлена против сирийских трудящихся, а значит и против всего мирового рабочего класса. И это необходимо говорить, даже если это сталкивается с отсталостью сознания масс в условиях российской реакционной ситуации.

А у «Рабочей платформы» вся критика фактически сводится к аргументу, что от путинского вторжения в Сирию у российских рабочих в тарелке ничего не прибавится; что война не покроет понесенных потерь; фактически, что для российских рабочих эта война – невыгодная, нерентабельная.

Хочется задать вопрос, как ответила бы «Рабочая платформа» на аргумент рабочего, который сказал бы: «Ну, раз уж, как вы говорите, мы столько потеряли с инфляцией и сокращениями бюджета, так хотя бы нужно это как-то компенсировать победой в Сирии и извлечением максимума экономической выгоды из этого»? Или: «Если в условиях кризиса война в Сирии поможет хотя бы поддержать наш военно-промышленный комплекс и занятость и заработки российских рабочих, поможет накормить рабочие семьи – то неужели это так уж плохо?».

Логика «Рабочей платформы», характеризующая войну через уровень наполненности миски рабочего похлебкой, тут не только не только бессильна, но, на самом деле, даже подспудно агитирует рабочих за интервенцию, давая ей возможное оправдание.

На самом деле, сами рабочие вовсе не замыкаются на тарелке и не сводят войну к потерям бюджета, инфляции и т.д. Недавно один мой знакомый рабочий буквально так оценил ситуацию: «В стране положение все хуже, но хотя бы в Сирии мы террористам наподдали». Здесь для разоблачения интервенции в Сирии логикой наполненности миски никак не обойтись.

Но «Рабочая платформа» последовательно продолжает эту логику:

«Мы призываем российских трудящихся уже сейчас избавиться от патриотических иллюзий и сконцентрироваться на наших внутренних проблемах и борьбе здесь, в России. Участие российской армии в войне в Сирии есть объективное, не зависящее от нашей воли явление. В том состоянии, в каком находится движение трудящихся в России на данный момент, никакими заявлениями и протестами мы не сможем помешать или повлиять на военные авантюры российского капитализма. Но мы обязаны становится сильнее здесь и сейчас. И даже самый маленький шаг в построении профсоюзов у себя на рабочих местах, в формировании социальных движений будет стоить больше, чем дюжина заявлений против ИГИЛ, и уж тем более в поддержку Путина».

Здесь тоже оценка войны через наполненность тарелки рабочего ведет к тому, что вместо разъяснения рабочим контрреволюционной сути путинской агрессии против борьбы сирийских трудящихся, ставящей целью покончить с революцией, от судьбы которой зависит ход арабской революции и глобальное соотношение классовых сил, «Рабочая платформа» просто говорит: «Товарищи рабочие, забудьте про войну в Сирии, примите ее как данность и давайте строить профсоюзы в России для борьбы за свои экономические права здесь». Подобный «реализм» – не просто уход от политики, но фактически затушевывание подлинного масштаба преступления правящего режима против рабочего класса.

В свое время В.И.Ленин написал книгу «Что делать?», значительную часть которой составляет критика «экономистов» издания «Рабочее дело» – течения среди российских левых на рубеже XIX-XX веков, сводившего политическую борьбу к экономической. В организационном аспекте это означало фактическое сведение задачи строительства политической организации рабочего класса (революционной партии) к строительству его экономических организаций (профсоюзов).

Сегодня, к сожалению, «Рабочая платформа» повторяет эту ошибку. Вместо того чтобы пропагандой и агитацией пытаться поднимать политическое сознание рабочих, «Рабочая платформа», напротив, сама опускает свою пропаганду до их уровня. Вместо того чтобы, следуя методу программы перехода Троцкого, опираясь на повседневные проблемы трудящихся (в том числе на наполненность тарелки) строить мост к необходимым революционным политическим выводам, «Рабочая платформа», напротив, делает экономические проблемы рабочих итогом своей пропаганды и опускает политическую пропаганду до их уровня; то есть идет в направлении, прямо противоположном. Как следствие этой логики, революционная политическая рабочая партия с выдвигающей политические задачи программой видится, в лучшем случае, как продолжение профсоюза и инструмент на службе у него.

Ленин потратил немало сил, чтобы показать, что подобное поклонение «экономическим интересам», то есть тарелке рабочего, помещаемой в центр агитации и пропаганды, имеет к революции мало отношения; и, более того, отдаляет ее, ибо следует и потакает рабской зависимости рабочего от тарелки. И вместо сведения всего к «экономическим интересам» Ленин призывал революционеров вести пропаганду политическую. Поскольку, не порвав с узостью взгляда экономической борьбы, не распрощавшись с привычкой объяснять политику через тарелку, невозможно не только бороться за революционный политический проект, но и вырабатывать последовательную политическую позицию.

ПОДЕЛИТЬСЯ