С советских времен мы привыкли к выражению «упадочный капитализм». В устах советской бюрократии это выражение во многом превратилось в набивший оскомину газетный штамп и чисто моральное обвинение, прикрывавшие и оправдывавшие всевластие бюрократии над трудящимися СССР. Однако исторически определение современного капитализма как упадочного и загнивающего – не красное словцо и даже не просто констатация деградации, которую мы наблюдаем вокруг нас – от растущей бедности, разрушения производств, войн, коррупции государства и вплоть до вызывающих отторжение телевизионных шоу. Диагноз упадка капитализма как системы производства – результат научного анализа общества. Этот анализ объясняет, почему, несмотря на колебания, общая тенденция современного капитализма – деградация: экономическая, социальная, культурная, моральная. Однако обещания улучшения жизни в условиях капитализма сыплются на нас как из рога изобилия. Поэтому есть смысл разобраться, почему в итоге АБСОЛЮТНО ВСЕ они оказываются на поверку ложью. В законченной форме этот анализ проделан Лениным в рамках его теории империализма («Империализм как высшая стадия развития капитализма»).

Дело в том, что капитализм изменился по сравнению с эпохой, когда он появился. Капитализм как экономическая система имеет движущие силы развития. На протяжении трехсот лет, вплоть до начала ХХ века, они развивали общество и способствовали росту его богатства, способствовали обогащению не только капиталистов, но создавали возможность улучшения положения рабочих посредством прогрессивных реформ – разумеется, не автоматически, но при напряженной борьбе рабочего класса. Но к ХХ веку эти движущие силы истощились. Какие это силы?

Конкуренция. На заре капитализма преобладали независимые производители, конкурирующие между собой и через конкуренцию повышающие эффективность и совершенствующиеся. Но этот процесс неизбежно имел следствием поглощение одного капитала другим, более эффективным (например, более крупным). Это означает процесс поступательной концентрации капитала в руках все более немногих. В результате к ХХ веку капитализм из общества множества свободных мелких производителей эволюционировал в общество господства монополий, вдобавок, слитых с государствами. Это  означает, что конкуренция – основа развития капитализма – в процессе этого развития вытесняется монополизацией. Монополия же не имеет большой надобности развиваться и совершенствует в первую очередь механизмы «дойки» зависимого от него населения. Тенденция конкуренции сохраняется и сегодня, но в порах монополистической структуры капитализма и в подчиненном ей положении. То есть движущая сила развития капитализма, каковой исторически являлась конкуренция, приходит в упадок.

Производительный характер. В свое время феодализм дал основу для развития производства по сравнению с пришедшим в упадок рабовладельческим способом, ставшим для него тормозом. Но затем рентный паразитизм феодалов стал тормозом развития производства, в то время как нарождающийся молодой капитализм, напротив, обеспечивал его рост. На раннем капитализме основу экономики составляло реальное производство. Капиталист имел собственный капитал и с ним производил. Но накопление прибылей (денег) способствовало развитию деятельности по их сужению, то есть банковской деятельности, кредитовавшей промышленников под процент. Так развитие промышленного капитализма сопровождалось нарастанием зависимости производства от банков, и к началу ХХ века производство уже полностью превратилось в придаток банков, ничего не производящих и получающих рентный, то есть абсолютно паразитический, доход. Так промышленный капитализм превратился в финансовый. Сегодня функционирование любой компании даже «реального сектора» подчинено задаче повышения цены ее акций на финансовых биржах, с нарастающим весом биржевых спекулянтов, отрывом цен акций от реальных производительных активов и с тотальным господством финансовых пузырей. То есть производительная тенденция капитализма, сделавшая его ранее прогрессивным способом производства, по мере его развития была подавлена тенденцией финансовой, паразитической, где деньги делаются не на производстве, а на деньгах. То есть и эта движущая сила капитализма – его изначально производительный характер – приходит в упадок.

Вовлечение новых территорий. На раннем капитализме, зародившемся в Европе, в мире имелись свободные территории, за счет открытия и вовлечения которых капиталистические государства могли находить новые рынки и более дешевые источники сырья. Когда же все «свободные» территории кончились, эта возможность себя исчерпала. Колонизационная тенденция капитализма обернулась смертельной борьбой ведущих капиталистических государств за передел колоний (откуда – две мировые войны), и в удушение слабых стран финансовыми монополиями ведущих капиталистических держав (например, через механизм внешнего долга). То есть тенденция включения новых территорий в систему капитализма, после того как они вошли в нее превратилась в пожирание ею своих частей.

В итоге из расширяющегося капитализма отдельных конкурирующих производителей он эволюционировал в капитализм финансово-монополистический, паразитический и самопожирающий, лишенный динамики развития, то есть в капитализм упадочный, загнивающий.

Сегодняшним воплощением капитализма является вовсе не ведомый протестантской этикой хозяин созданного им производства, напряженно думающий в своем заводском кабинете о его развитии, но живущий на вилле развращенный наследственный рантье, стригущий купоны с биржевых спекуляций и прикидывающий, трудящихся какой страны можно еще опустить; впрочем, даже об этом за него думают специально нанятые для этого подготовленные люди – правительства.

Механизм этой трансформации капитализма заложен в нем самом, в его внутреннем механизме. В отличие от молодого капитализма, сегодняшний капитализм империалистический, то есть синильный и маразматический, больше не может обеспечивать развитие общества и, напротив, тянет его ко дну ради сохранения прибылей горстки хозяев монополий, составляющих десятки или сотни человек на фоне 7,5 млрд населения планеты.

В этой ситуации упадка империалистического капитализма для реального устойчивого улучшения жизни простых людей больше нет оснований. Возможны колебания, но при общей тенденции к деградации. Для серьезных долговременных прогрессивных реформ в рамках капитализма больше нет пространства. Напротив, продолжение существования капитализма и доходов финансовых магнатов требует проведения контрреформ, ликвидирующих даже прежние достижения трудящихся. Именно поэтому их осуществляют все правительства, в том числе «реформисты», как традиционная социал-демократия или «леворадикальная» Сириза: неспособность реформистов порвать с капитализмом обязывает их проводить контрреформы. Все партии, не рвущие с капитализмом, приходя в правительство, осуществляют нападки на трудящийся класс. Отсюда одинаковые по всему миру трудовые реформы, ухудшающие условия работы и снижающие зарплаты, урезания социальных расходов, деградация образования, науки, культуры и т.д. То есть, общий упадок капиталистического общества.

Этот упадок – основа обострения кризисов, всевозможных противоречий внутри общества и борьбы классов. Поэтому Ленин охарактеризовал империалистический капитализм на его высшей империалистической стадии «эпохой кризисов, войн и революций». Что мы и имеем возможность наблюдать. Поэтому вопрос улучшения жизни простых людей становится вопросом ликвидации господства буржуазии и капитализма, который более не может быть иным, чем империалистическим, то есть упадочным. И это – задача социалистической революции.

ПОДЕЛИТЬСЯ