Московский мэр Собянин ведет войну против жителей московских хрущевок и не только их. Надо отдать ему должное в его последовательности: замена жилья простых людей офисами и элитными домами; снос под бизнес-центры архитектурных памятников; введение платности автостоянок, резервирующей их для более обеспеченных; организация зон буржуйских магазинов, названных «пешеходными»; циклопический парк «Зарядье» – все это звенья одного плана по переделке столицы под нужды богатых – с протуберанцем Новой Москвы в качестве отводного канала, куда, видимо, предполагается в том числе удалять «энтропию» от процесса элитизации столицы. Это классический путь капиталистических городов.

Ополчившегося на хрущевки Собянина можно понять в его желании подзачистить районы столицы нашей родины от людей, чтобы освободившееся жизненное пространство отдать капиталистам и вместе зашибать бабло. Также можно понять и попытки власти поднадурить жителей с предоставлением альтернативного жилья: в самом деле, зачем власти тратить на людей деньги, когда самой не хватает? Но именно поэтому пяти- и девятиэтажный мат – в соответствии с предполагаемыми к сносу домами – в адрес власти не только более чем оправдан, но мы должны чувствовать солидарность с протестом жителей.

Тем более в условиях, когда власть вовсю применяет все свои мерзкие методы, чтобы поставить на место «зароптавшую чернь». Это и вербальные обещания «дать больше в том же районе», за которыми в официальных документах кроется простор для чиновничьего мошенничества и произвола. Это и запугивание жителей, что можно вообще ничего не получить – особенно тем, кто будет рыпаться. Это и «референдум среди жителей» с придуманными властью фарисейскими формулировками из разряда «вы поддерживаете программу мэрии и хотите получить хорошее жилье в том же районе – да или нет?»; если нет – то не обижайтесь, если вдруг вас отправят в «Новую Москву». Это и стравливание жителей между собой, чтобы они видели врагов друг в друге, а не во власти. Это и жульнический канал судебной тяжбы против власти в ее же суде, который иначе как под давлением реальной борьбы не подарит простым людям положительного для них юридического прецедента и будет лишь их истощать финансово и морально, позволяя власти выиграть время.

Все эти меры призваны ликвидировать борьбу людей за свои интересы. И в принципе они одинаковы по всей стране. Снизу доверху, от мэра до Президента, власть требует от простых людей быть покорными подданными и «верить, бояться, просить»: верить ее обещаниям, бояться ее возмездия за ослушание и просить ее милости – в суде, у порога чиновника, у Президента по прямой линии. Причем чем хуже ситуация в стране и чем больше путинская власть отнимает у народа в пользу буржуев, тем больше центр тяжести формулировки сдвигается от «просить» в сторону «верить» и «бояться» или просто «бояться».

Протест жителей хрущевок имеет значение. Уже потому, что он заставил власти пойти на определенные уступки, показывая, что добиться чего-то можно только коллективной борьбой. Трудно сказать, насколько сможет сопротивление продвинется дальше; можно лишь с уверенностью утверждать, что без мобилизации и акций протеста власти в итоге удастся окончательно «растащить» недовольство и «рассосать» неприятную для нее ситуацию.

Но протест жителей хрущевок важен также потому, что он объективно – то есть вне зависимости от осознания протестующими этого факта – идет против власти, против «медведя на воеводстве», против сидящего на стране антинародного олигархическо-бюрократического режима Путина с его держимордами всех уровней и их планов в интересах буржуев. И самим режимом этот объективный смысл протеста осознается очень хорошо.

Ситуация ясно показывает, что даже завтрак на кухне в хрущевке – вопрос в действительности глубоко политэкономический. И что последовательное отстаивание даже элементарных интересов трудящихся лежит на пути политической борьбы.

ПОДЕЛИТЬСЯ